Пускаю Нерль в карьер и вижу, шагах в пятидесяти от меня она опять начинает, переступая с лапки на лапку, подбираться к бекасу. Хотел поспешить к не..
Народ безмолвствует. В толпе действуют комиссии, прохаживаются детективы. РУБИ-КИРЯЙ (отважно). Произвол! Его уводят. МСЬЕ ДВУРОЖКО (вытирая руки о рубаху Самарского)...
А на другой день за обедом досказал: оттого мы ничего не знаем, что и узнавать, должно, нечего. А тебе к чему нужно знать? А я сказал -- да, а жить-то как же?..
Александр Дюма (Энциклопедия Колумбии, шестой том)
Дюма, Александр (Дюма pere), 1802-70, французский романист и драматург (alksaN'dr duma ") (КЛЮЧ), известного как Дюма pere (Пр) (КЛЮЧ), 1802-70, французский романист и драматург. Его отец (незаконнорожденного сына в marquis де ла Pailleterie и черная женщина, Луиза Cosette Дюма), является общим в революции. Дюма с радостью многих поколений читателей с его весьма романтических романов immortalizing о приключениях трех Мускетеерс и графа Монте Кристо из. Главным самоуправления образованных, Дюма был flamboyant молодежи в подарок живой и склонны любить дела. В возрасте 20 лет он получил незначительную должность с duc d'Орлеан в Париже, а затем он принимает активное участие в революции 1830. Его первые успехи исторической трагедии Анри III и са cour (1829), Кристина (1830), Антоний (1831) и Ла Тур де Несле (1832), отмечен его evocation в средневековье. После ряда романов, написанная самостоятельно или в сотрудничестве, он подготовил его великой победы, "Три Мускетеерс (1844, tr. 1846) и ее последствиями - Двадцать лет спустя (1845, tr. 1846) и Vicomte де Bragelonne (1848 - 50, tr. 1850?) - и от графа Монте Кристо (1845, tr. 1846), которая в свою драматические версии был знаменитый Джеймс О'Нил. Хотя эти исторические романы и их преемников, написана с помощью многочисленных сотрудников, особенно Огюста Макует, являются презираемыми критиков, которые их найти, не в стиле и квалификация, они имели огромную популярность и были переведены на почти всех языках. Среди других его работ королевы Марго (1845, tr. 1845), The леди Monsoreau (1846, tr. 1847), Сорок пять (1848), The Черный Тюльпан (1850) и "Журнал Мадам Джованни (tr . 1944 год). Дюма pere в невероятных результатов романов, путевых работ, мемуаров, исторических исследований и сделала его богатым, но он потратил больше, чем он заработал на орду пенсионеров в своем доме ", - Монте Кристо", у Св. Жермен. Его мемуары (1852-54) с конца года 1832. Он был заинтересован в объединении Италии, и среди его деятельности является участие в Гарибальди в экспедиции в 1860. 1 См. исследования FW Хеммингс (1980) и С. Шопп (1988).
Тем временем:
... Это не был брак по любви. Маркиз женился по настоянию друзей и, так как
ему было все равно, предоставил им выбор невесты; однако ни он, ни она ни
разу об этом не пожалели. В течение всех четырнадцати лет их совместной
жизни он был неизменно учтив с женой, поскольку не мыслил иного отношения к
женщине, и оставался ей неизменно верен, поскольку его влекли только
духовные радости. Но хотя Франсуаза родила ему пятерых детей, хотя она была
ему не только женой, но и матерью, ограждавшей его от денежных забот,
домашних хлопот и волнений, он совсем не знал ее и даже не подозревал, что
не знает, - она была для него просто Франсуазой. Теперь же она казалась ему
непостижимо величественной и даже страшной, и не потому, что ее уже не было
в живых, а потому, что она умерла, окруженная ореолом самоотверженного
материнства. Если бы Франсуаза узнала, что ее смерть пробудит в маркизе это новое
чувство робости перед ней, она бы беспредельно удивилась. Ее отчаянная
одинокая борьба за жизнь троих детей, заболевших тифом, представилась бы ей
(если бы она вообще хоть на минуту задумалась над этим) вполне естественной,
- ведь она была матерью. Но Франсуаза, женщина бесхитростная да к тому же не
имевшая ни минуты свободного времени, не обременяла себя отвлеченными
размышлениями о разнице между долгом матери и долгом отца и не раздумывая
рисковала жизнью, оберегая в то же время от болезни своего мужа. Жизнь
выдающегося ученого была слишком драгоценна, чтобы подвергать ее опасности.
Он же ни во что не вмешивался - не из трусости, а просто потому, что он
вообще никогда ни во что не вмешивался. Маркиз полностью доверял Франсуазе,
и ему так же не могло прийти в голову усомниться в ее житейской мудрости,
как ей оспаривать его суждение о каком-нибудь папирусе. И вот теперь, вырвав
у смерти одного ребенка, она последовала в могилу за двумя другими,
беспокоясь на смертном ложе только о том, сумеют ли слуги без нее содержать
детей в чистоте и хорошо варить кофе. Старший из мальчиков, Анри, шел рядом с отцом и горько плакал...