Маскарад

Александр Дюма. Маскарад

Новелла

-----------------------------------------------------------------------
Дюма А. Тысяча и один призрак: Сборник: - Мн.: Выш.шк., 1992. - 415 с.
Перевод с французского О.Моисеенко.
OCR & SpellCheck: Zmiy (zmiy@inbox.ru), 31 октября 2003 года
-----------------------------------------------------------------------

В сборник включены увлекательные новеллы "Кучер кабриолета", "Воды
Экса", "Маскарад", "Паскаль Бруно", роман "Капитан Поль", а также
малоизвестное произведение великого писателя "Тысяча и один призрак".

Я приказал никого не пускать ко мне; один из моих друзей все же сумел
преодолеть этот запрет.
Слуга неожиданно доложил о г-не Антони Р... Я заметил за ливреей
Жозефа рукав черного редингота; вполне возможно, что со своей стороны
владелец редингота увидел полу моего халата - прятаться было бесполезно.
- Прекрасно, проси! - сказал я громко.
"Чтоб тебе пусто было!" - сказал я про себя.
Только любимая женщина может безнаказанно помешать вам, когда вы
работаете, ибо она незримо присутствует во всем, что вы делаете.
Итак, я встал к нему навстречу, и на моем лице отразилось подавленное
недовольство писателя, уединение которого было нарушено в ту минуту, когда
он особенно этого опасался; но, увидев, как бледен и расстроен мой друг, я
спросил:
- Что с вами? Что случилось?
- Ох, дайте мне перевести дух, - проговорил он, - и я все вам
расскажу. Впрочем, по всей вероятности, это был сон или я попросту сошел с
ума.
Он бросился в кресло и закрыл лицо руками.
Я с удивлением взирал на гостя: волосы его намокли под дождем,
ботинки, низ панталон, колени были покрыты грязью. Я подошел к нему и
увидел у подъезда его кабриолет и слугу. Я терялся в догадках.
Заметив мое удивление, он пояснил:
- Я был на кладбище Пер-Лашез.
- Как? В десять часов утра?
- Я приехал туда в семь... Проклятый маскарад!
Я в толк не мог взять, что было общего между маскарадом и кладбищем. Я
решил повременить и, повернувшись спиной к камину, принялся скручивать
сигарету с хладнокровием и невозмутимостью, свойственными разве что
испанцам.
Когда сигарета достигла требуемого совершенства, я протянул ее Антони;
обычно он был весьма чувствителен к такого рода вниманию.
Он поблагодарил меня кивком головы и отвел мою руку.
Я нагнулся, чтобы закурить самому, но Антони остановил меня.
- Прошу вас, Александр, - сказал он, - выслушайте меня.
- Вы уже добрых четверть часа здесь и еще ничего мне не рассказали.
- О, эта такая странная история!
Я выпрямился, положил сигарету на камин и скрестил руки, как человек,
примирившийся с неизбежностью: мне и самому стало казаться, что он не в
своем уме.

Источник: Библиотека Максима Мошкова

Страницы: (6) : 1 2 34 5 6

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Мой свист достиг его слуха, вероятно, как раз в то время, когда он в недоумении стоял где нибудь на полянке и прислушивался. Он верно определил исходную точку звука, пустился во весь дух с паровозным ха ха ньем и стал в начале полянки с кустом можжевельника. Я замер в кусту. От быстрого бега и ужасного волнения у него висел язык на боку челюсти. В таком состоянии, конечно, он ничего чуять не мог, и расчет его был только на слух: уши переполовинил, одна половина стоит, другая, обламываясь, свисает и все таки закрывает ушное отверстие. Пробует склонить голову на сторону, – не слышно, на другую – тоже не слышно. И, наконец, понял, в чем дело: он не слышит потому, что заглушает хозяйский звук своим дыханием, исходящим из открытого рта. Закрывает рот, второпях одну губу прихватил и так слушает с подобранной губой. Чтобы не расхохотаться при виде такой смешной рожи с поджатой губой, я зажимаю себе рот рукой. Но ему не слышно. Природа без хозяина ему кажется теперь как пустыня, где бродят одни только волки, его предки. Они ему не простят за измену волчьему делу, за любовь к человеку, за его теплый угол, за его хлеб соль. Они его разорвут на клочки и съедят. С волками жить, надо по волчьи выть. И он пробует. Он высоко поднимает голову вверх и воет. Этого звука я у него никогда еще не слыхал. Он действительно почуял волчью пустыню без человека. Совершенно так же воют молодые волки в лесу, когда мать ушла за добычей и долго не возвращается… Да оно так и бывает. Волчья матка схватила овцу и несет ее к детям. Но охотник проследил ее путь и притаился в засаде. Волчица убита. Человек приходит к волчатам, берет их к себе и кормит. Неизмеримы запасы нежности в природе, свои чувства к матери волчата переносят на человека, лижут ему руки, прыгают на грудь. Они не знают, что этот человек застрелил их настоящую мать. Но дикие волки все знают, они смертельные враги человеку и этой изменнице волчьему делу, собаке. Ромка так жалобно воет, что у меня сжимается сердце. Но жалеть мне нельзя: я учитель. Я не дышу. Он повертывается задом ко мне и слушает в другой стороне...

Пришвин Михаил Михайлович
«Школа в кустах»