Двадцать лет спустя

- Пока лейтенант, но мне уже обещан чин капитана.
- Отлично! - сказал Арамис. - Но как вы добились такой чести?
- Прежде всего, вы ведь знаете, господа, что это я спас господина
Рошфора?
- Ну да, конечно. Он нам сам рассказывал об этом.
- Меня тогда господин Мазарини едва не повесил, но от этого моя попу-
лярность только увеличилась.
- И эта популярность...
- Нет, кое-что получше. Вы же помните, господа, что я служил в
Пьемонтском полку, где я имел честь быть сержантом?
- Да, помним.
- Ну так вот. В один прекрасный день, когда никто не мог выстроить
как следует толпу вооруженных горожан, потому что один выступал с правой
ноги, другой с левой, я как раз тут подвернулся, и мне удалось заставить
их всех шагать в ногу. После этого меня произвели в лейтенанты, тут же,
на месте... если не боя, так учения.
- Вот как! - проговорил Арамис.
- Но позвольте, - спросил Атос, - на вашей стороне ведь очень много
знати!
- Да. На нашей стороне, во-первых, как вам известно, конечно, принц
Копти, герцог Лонгвиль, герцог Бофор, герцог д'Эльбеф, герцог Бульонс-
кий, герцог де Шеврез, господин де Брисак, маршал де Ла Мот, господин де
Люинь, маркиз де Витри, принц Марсильяк, маркиз Нуармутье, граф де Фи-
эск, маркиз де Лег, граф де Монрезор, маркиз де Севинье и еще многие
другие.
- А Рауль де Бражелон? - взволнованно спросил Атос. - Д'Артаньян
рассказывал мне, что, уезжая, он поручил его вам, мой дорогой Планше.
- Да, господин граф, как собственного сына, и я могу сказать, что я
не спускал с него глаз.
- Так что, - воскликнул Атос дрожащим от радости голосом, - он вполне
здоров? С ним ничего не случилось?
- Ничего, сударь.
- Где же он теперь?
- В гостинице "Карл Великий", как обычно.
- И проводит время...
- То у королевы английской, то у госпожи де Шеврез. Он и граф де Гиш
никогда не расстаются.
- Благодарю вас, Планше, благодарю! - проговорил Атос, протягивая ему
руку.
- О граф! - растроганным голосом произнес Планше, едва касаясь его
руки кончиками пальцев.
- Что вы делаете, граф? Ведь это бывший слуга? - попытался остановить
его Арамис.
- Друг мой, - отвечал ему Атос, - он сообщил мне вести о Рауле.
- Ну а теперь, - обратился к ним Планше, не расслышавший замечания
Арамиса, - что собираетесь вы делать?
- Вернуться в Париж, если только, конечно, вы мой дорогой друг, дади-
те нам разрешение, - отвечал Атос.
- Как, я вам буду давать разрешение? Вы смеетесь надо мной, господин
граф: я весь всегда к вашим услугам.
И он почтительно поклонился.
Затем, обернувшись к своей команде, крикнул:
- Пропустить этих господ, я их знаю: это друзья господина де Бофора.
- Да, здравствует Бофор! - в один голос ответила вся команда, рассту-
паясь перед Арамисом и Атосом.

Тем временем:

... Но Дзержинский - символ и знамя карательных органов СССР. Восстановление памятника было бы надругательством над миллионами погибших в советских лагерях.
    - Как Вы оцениваете нынешнюю политическую обстановку в России?
    - Как тяжелейшую. Показная демократия. Ко второстепенным признакам ее, среди которых не находится места для экономической и гражданской независимости жителей, для народной самодеятельности, - добавлены в сохранности худшие черты советской системы: бесконтрольность и непроницаемость решений и действий властей. В избирательных кампаниях решающее влияние принадлежит криминальным силам. Финансовые тузы контролируют целые регионы и вырываются из-под власти. Закулисные силы действуют и позади административного фасада. Всенародный референдум (по Конституции - "высшее выражение власти народа") вот оттеснен, запрещен - потому что власти боятся услышать народное мнение, оно опасно для властей. За последние 15 лет условия жизни большинства населения развалены. Миллионы изо всех сил выбиваются в труде и в полуголодной жизни. У множества нет средств на лекарства и медицинскую помощь. За годы "реформ" народное образование провалено, утеряно десятилетнее поколение. Перевес смертей над рождаемостью - до миллиона в год. Наступают наркотики и СПИД.
    - Александр Исаевич, Республика Марий Эл готовится к празднованию 450-летия вхождения Марийского края в состав России. Но среди марийской интеллигенции есть люди, утверждающие, что марийцев к России присоединили насильственно, а следовательно, юбилейная дата - не праздник, а день скорби. Что Вы можете сказать по поводу таких народов, проживающих в России, может быть им действительно нужно восстановить независимость и это будет исторически правильно?
    - Новая история не раз показала, что малым народам весьма трудно, почти невозможно сохранить отдельное государственное существование, а только в объединении с соседями...

Солженицын Александр Исаевич
«Интервью приволжской лиге журналистов - октябрь 2002»