... Нет, ты представь себе подобный случай,- что тогда Н о р а. Если бы уж случился такой ужас, то для меня было бы все равно - есть у меня долги или нет. Х е л ь м е р. Ну, а для людей, у которых я бы занял Н о р а. Для них А чего о них думать! Ведь это же чужие! Х е л ь м е р. Нора, Нора, ты еси женщина! Но серьезно, Нора, ты ведь знаешь мои взгляды на этот счет. Никаких долгов! Никогда не занимать! На домашний очаг, основанный на займах, на долгах, ложится какая-то некрасивая тень зависимости. Продержались же мы с тобой, храбро до сегодняшнего дня, так уж потерпим и еще немножко, - недолго ведь. Н о р а (отходя к печке). Да что же, как хочешь, Торвальд. (377) Х е л ь м е р (за нею). Ну, ну, вот птичка и опустила крылышки. А Белочка надулась. (Вынимает портмоне.) Нора, как ты думаешь, что у меня тут Н о р а (оборачиваясь, живо). Деньги! Х е л ь м е р. Вот тебе! (Подает ей несколько бумажек.) Господи, я ведь знаю, мало ли в доме расходов на праздниках. Н о р а (считая). Десять, двадцать, тридцать, сорок. Спасибо, спасибо тебе, Торвальд. Теперь мне надолго хватит. Х е л ь м е р. Да, уж ты постарайся. Н о р а. Да, да, непременно. Но поди сюда, я тебе покажу, что я накупила. И как дешево! Гляди, вот новый костюм Ивару и сабля. Вот лошадка и труба Бобу. А вот кукла и кукольная кроватка для Эмми. Простенькие, но она все равно их скоро поломает. А тут на платья и передники прислуге. Старухе Анне-Марии следовало бы, конечно, подарить побольше... Х е л ь м е р. А в этом пакете что Н о р а (вскакивая). Нет, нет, Торвальд! Этого тебе нельзя видеть до вечера! Х е л ь м е р. Ну-ну! А ты вот что скажи мне, маленькая мотовка, что ты себе самой присмотрела Н о р а. Э, мне ровно ничего не надо. Х е л ь м е р. Разумеется, надо! Назови же мне теперь что-нибудь такое разумное, чего бы тебе больше всего хотелось. Н о р а. Право же, не надо. Или послушай, Торвальд... Х е л ь м е р. Ну Н о р а (перебирая пуговицы его пиджака и не глядя на него)...
